Новая постановка Василия Бархатова единственной оперы французского композитора Жака Оффенбаха «Сказки Гофмана» – 24 января 2012 года на сцене Мариинского театра.

Три действия с прологом и эпилогом на либретто Жюля Барбье по его и Мишеля Карре пьесе, основанной на трех новеллах Эрнста Теодора Амадея Гофмана.

«Сказки Гофмана» на сцене Мариинского театра в постановке Василия Бархатова

Будучи самым блестящим композитором французских оперетт, исполнявшихся с огромным успехом, Оффенбах не знал себе равных в мастерстве творения комического жанра – никто не осмеливался даже соперничать с ним. К моменту задумки и создания в черновом виде вполне серьезного мелодраматического полотна он уже являлся прославленным автором почти сотни всевозможных музыкальных «сладостей».

Эта же опера потребовала от композитора огромных усилий; он работал очень тяжело, был в то время серьезно болен и молился, чтобы не умереть, не увидев своё творение на сцене. Оффенбах дожил до того момента, когда «Сказки» были исполнены в домашней обстановке под аккомпанемент фортепиано, затем забрал рукопись, чтобы переписать партию Гофмана, которая была сочинена для баритона — теперь он хотел, чтобы это был тенор.

Интенсивные многочасовые занятия с партитурой, её правка и дописка вплоть до самой смерти в 1880 году не позволили композитору полностью закончить оркестровку. Увы, он не дожил до того дня, когда опера была впервые представлена публике и получила огромный успех. Пользуясь черновиками автора, уже другой композитор, Эрнст Гиро, трудился над завершением произведения, приводя его в законченный вид. Так оказалось предначертано — впоследствии он же оказал аналогичную услугу Жоржу Бизе, сочинив для «Кармен» речитативы уже после смерти автора.

Опера «Сказки Гофмана» с самого начала имела шумный успех в Париже, где в первый же сезон была исполнена 101 раз. Однако при первом своем путешествии за границу, по иронии судьбы, её постигла та же трагедия, какая за шестьдесят лет до этого в Берлине «Ундину» Гофмана: во время второго представления «Сказок» в Вене, в театре, в котором она шла, возник пожар, приведший к человеческим жертвам. Параллель, которая словно взывает к духу самого Гофмана, помешала быстрому успеху «Сказок» в Германии.

В конце концов опера вошла в традиционный постоянный репертуар и в этой стране – как впрочем и во всем мире. В 1904 году состоялось представление «Сказок Гофмана» в Монте-Карло. В партитуру были внесены значительные изменения, приблизившие третий неоконченный акт к стилю остальных частей оперы.

Данная версия послужила основой знаменитого издания Шодена 1907 года, получившего наибольшее распространение. В этом издании соблюдён оригинальный композиторский порядок актов: «Олимпия», «Антония», «Джульетта». Уже после Второй мировой войны в архивах были найдены новые материалы, написанные Оффенбахом для оперы, с тех пор практически каждое десятилетие выходил новый вариант «Сказок Гофмана».

Безответная влюбленность Гофмана в прекрасную незнакомку, живущую в доме напротив, названную им Стелой, проходит сквозь триптих ярких историй, связанных с изменившими его жизнь тремя роковыми встречами с виртуальной иллюзорной Олимпией, настоящей певицей Антонией и капризной обманщицей Джульеттой.

В одиночестве Гофман сидит в своей комнате, уставившись в окно напротив — туда, где жила незнакомка. По виду опустевших комнат и вывеске можно понять, что та съехала с квартиры. Да и была ли она когда-нибудь вообще? Или это всего лишь вымысел? Поэтическая фантазия? И Гофману все это привиделось, померещилось?

24 января 2012 фантастическая опера Ж.Оффенбаха «Сказки Гофмана» в петербургском Мариинском театре. В главной партии Сергей Семишкур, дирижер – Михаил Татарников.

Балет «Сильфида» занимает особое место в истории музыкального театра. Премьера, состоявшаяся 12 марта 1832 года на сцене Гранд Опера в Париже, ознаменовала начало блистательной эпохи романтизма в балетном искусстве.

«Сильфида» поразила современников художественным совершенством и значительностью поэтического содержания, созвучного их умонастроению. Ведущая тема – разлад мечты и реальности – впервые получила впечатляющую наглядность.

«Сильфида» на сцене Мариинского театра.

Нежная история о любви и недосягаемости идеалов – тонкое размышление о хрупкости счастья. Действие происходит в деревне. Сильфида, воздушная нимфа, влюбляется в юного шотландца Джеймса и является ему не то во сне, не то наяву. Разрываясь между собственной невестой и Сильфидой, Джеймс выбирает последнюю и следует за ней. Однако свободное порхание нимфы страшит Джеймса: в любви главное для него – крепкая привязанность, ради которой он готов пойти на все. Верная погибель венчает запретные так и не начавшиеся отношения главных героев, а вдали уже проходит свадебное шествие – невеста Эффи выходит замуж за другого жениха, Гюрна, как и предсказывала старая колдунья Мэдж.

Существует две версии балета на сюжет фантастической новеллы французского писателя Шарля Нодье «Трильби». Первая – на музыку Жана Шнейцхоффера в постановке балетмейстера Филиппо Тальони. Выдержав только 151 представление, она безвестно канула в лету со всех подмостков. Вторая довольно громко появилась в премьере 1836 года на сцене Королевской оперы Копенгагена. Музыка была написана Херманом Левенскьольдом, который обогатил партитуру исконными шотландскими мелодиями, хореография же принадлежала датскому балетмейстеру Августу Бурнонвилю, чей изящный стиль стал эталоном, а владение им сегодня рассматривается как признак высокой хореографической культуры балетной труппы.

Данная постановка вошла в историю балета и до сих пор ставится на всех крупнейших сценах мира – однако её появление было чистой случайностью. По иронии судьбы, изначально Август Бурнонвиль планировал показать оригинальную версию балета в исполнении Датского королевского балета, однако Парижская опера заломила столь высокую цену за партитуру Шнейцхоффера, что Бурнонвиль был вынужден обратиться к другому композитору.

Первую исполнительницу заглавной партии в балете «Сильфида» Марию Тальони называли подлинным чудом — именно тогда ею был продемонстрирован абсолютно новый танец на пуантах. Ныне подобные позы и приемы стали неотъемлемыми элементами классического балета, позволившие показать тонкий воздушный образ. Кроме того, балерина вышла в новом одеянии – легкой белой тунике, подчеркивающей эфемерность всего облика. Туника стала первой балетной юбкой-пачкой, она не сковывала движений и придавала необычайную свободу – балерина словно летала, создавая видимость бестелесного духа. А сам танец сильфид, будучи тогда новшеством, через много лет станет называться «классическим».

За долгую сценическую жизнь «Сильфида» нисколько не утратила своей прелести и очарования. «Шедевр романтической поры восхищает и радует всё новые поколения. Его поэзия пленяет наших современников, а первозданная красота хореографии дарит высокое эстетическое наслаждение и исполнителям, и зрителям» – уверен профессор Никита Долгушин.

20 января 2012 года Елена Евсеева (в партии Сульфиды) и Алексей Попов (дебют в партии Джеймса) в балете Хермана Левенскьольда «Сильфида» на сцене Мариинского театра.
Дирижер – Михаил Синькевич. Начало в 19-00.

Спектакли подобного масштаба и ослепительной звездности состава отечественных исполнителей не часто увидишь на сцене даже Мариинского театра.

19 января 2012 года Владимир Ванеев, Ольга Бородина, Алексей Стеблянко, Александр Морозов и Василий Герелло в исторической драме Модеста Мусоргского – опере «Борис Годунов» по одноименной трагедии Александра Пушкина и материалам Николая Карамзина. Эпохальное сочинение в авторской редакции 1872 года в легендарной постановке 1990 года? возобновленной в 2004 году.

«Борис Годунов» в Мариинском театре / Фото: mariinsky.ru

Имеется с полдюжины версий этого самобытного творения композитора. Сам Мусоргский оставил потомкам две редакции, его друг Николай Римский-Корсаков сделал еще две. Свой вариант оркестровки предложил Дмитрий Шостакович, еще два варианта были сделаны Джоном Гутманом и Каролем Ратгаузом в середине прошлого столетия для Нью-йоркской Метрополитен-опера. Каждый из этих вариантов дает свое решение — какие сцены, написанные автором, оставить, а какие исключить, а также предлагает свою последовательность сцен. Этим «Борис Годунов» уникален.

Действие оперы Мусоргского происходит в Смутное время, когда после смерти царя Ивана Грозного в России началась эпидемия самозванства. Жажда ничем не ограниченной власти стала всеобщей болезнью. Еще до начала работы над будущим шедевром Модест Мусоргский был чрезвычайно увлечен возможностью претворить остро актуальную тему взаимоотношений царя и народа, вывести народ в качестве главного действующего лица оперы.

Для композитора это было время огромного творческого подъема, но радость и восхищение он смог услышать только от друзей. В конце 1869 года, после представления сочинения театральному комитету дирекции Императорских театров «Борис Годунов» был категорически отвергнут. Композитор внес ряд изменений, добавив яркую линию Марины Мнишек, польский акт и сцену под Кромами, но и тогда получил отказ. Вторая редакция после мучительных уговоров и благодаря энергичной поддержке передовых артистических сил все-таки была поставлена в 1874 году в Мариинском театре. Демократическая публика встретила «Бориса» восторженно. А реакционная критика и дворянско-помещичье общество отнеслись к опере резко отрицательно. Вскоре оперу совсем сняли с репертуара.

В наше время «Борис Годунов» – одна из самых известных репертуарных русских опер. Подлинное открытие и международное признание пришли в 1908 году, много позже смерти Мусоргского, когда в Париже в отредактированной Римским-Корсаковым версии пел Фёдор Шаляпин. Эта редакция вызвала замешательство среди музыковедов и поклонников оригинальной версии «Бориса».

Редактор, знаменитый товарищ самого автора, нарушил исходный порядок сцен, изменил наиболее смелые гармонии и сместил метрические деления, что отразилось на акцентировке. Он по-новому оркестровал партитуру – мастерски, со знанием дела, однако блестящий колорит, который в результате приобрела опера, оказался чужим изначальной мрачности трагедии. «Глубина характеров и трагизм – на это Мусоргский был способен как никто…» – уверен художественный руководитель и главный дирижер Мариинского театра маэстро Гергиев.

«Борис Годунов» – народная музыкальная драма, многогранная картина эпохи, поражающая шекспировской широтой и смелостью контрастов. Действующие лица обрисованы с исключительной глубиной и психологической проницательностью. В музыке с потрясающей силой раскрыта трагедия одиночества и обреченности царя, новаторски воплощен мятежный, бунтарский дух русского народа.

Опера Модеста Мусоргского «Борис Годунов» в 4 действиях в 8 картинах с прологом и титрами на английском языке — 19 января 2012 года на сцене Мариинского театра Санкт-Петербурга. Постановка Андрея Тарковского. Дирижер – Валерий Гергиев.

История запрещенной любви рабыни и славного полководца из расшифрованных папирусов эпохи борьбы фараонов Древнего Египта и Эфиопии была рассказана 18 января 2012 года на сцене Концертного зала Мариинского театра, в новейшей постановке на итальянском языке.

«Аида» Верди – яркий пример сочинения, написанного «на заказ». В 1868 году по случаю торжеств, связанных с предстоящим открытием Суэцкого канала, египетское правительство предложило Гуно, Вагнеру и Верди написать оперу на национальный сюжет. Последний откликнулся не сразу, но впоследствии за 4 месяца создал музыкальный шедевр редкой красоты и диковинного колорита.

«Аида» на сцене Концертного зала Мариинского театра / Фото: mariinsky.ru

Композитор принимал самое активное участие в разработке сюжета, тщательно изучая историю и искусство и даже заказал у миланского мастера шесть настоящих «египетских» труб, на которых исполнялся его знаменитый торжественный марш из 2 действия.

Премьера оперы приурочивалась к открытию театра в Каире и накануне Рождества 1871 года прошла с колоссальным успехом, ознаменовав начало её триумфального шествия. С тех пор спектакль регулярно входит в репертуар большинства ведущих театров мира, благодаря своим незабываемым мелодиям.

Перепробовав на своем творческом пути всевозможные жанры – бытовой, приключенческий, психологический – в этот раз композитор переходит в область сказочного — чистого и ясного света, в которой всё же возможны миражи. Это сказка, выросшая на почве действительности и поэтому несовершенная, трагическая, без обязательного веселого финала.

Эффектное использование контрастов принимает в «Аиде» форму столкновения личностей и масс, однако эти контрасты достигаются экономией гармонических и мелодических средств. Главная героиня, между тем, стоит особняком: её выразительная гамма очень экспансивна – она настоящая жертва всей сказки. Жалобы, гневные протесты, мольбы и мечты о родной земле, наконец, боль заключительной арии характеризуют этот высокий образ.

В «Аиде» личная драма, полная острых коллизий, развертывается на широком, красочном фоне монументальных массовых сцен, пышных шествий, танцев и гимнов. В образах жестоких жрецов композитор заклеймил ненавистное ему мракобесие церковников. Этим беспощадным силам противостоят душевная красота и нравственная стойкость Аиды и Радамеса: их любовь выдерживает все испытания, не отступая даже перед смертью. Опера наделена высоким гуманистическим содержанием, она звучит как гимн человеческим чувствам.

«Аида» – сочинение новаторское, синтезирует в себе достижения классического оперного искусства. Разумеется, в вагнеровскую эпоху уже невозможно было быть в стороне от драматургических поисков, но Верди сумел остаться здесь самим собой и итальянцем. Верность мелодизму замечательным образом сочетается со сквозным развитием: законченные номера объединены в насыщенные чувствами сцены, в которых автор достигает эмоциональных вершин.

«Самое главное – дотронуться до чувствительных струн в человеке, который пришел на спектакль. Если верить, что мы действительно можем преобразить друг друга с помощью театра, то зрителей нужно приблизить к тому, что происходит на сцене. Когда я ставил «Аиду», я попросил актеров свести к минимуму все штампы движений, показных страстей. Избавиться от всего лишнего, и через это старался затронуть публику, разбудить их душу» – вспоминает итальянский режиссер-постановщик Даниэле Финци Паска.

Опера Верди фантастически хороша: неожиданные повороты сюжета, великолепные вокальные партии, мелодии, разошедшиеся на отдельные концертные номера, величественные хоры и трогательные арии – всё получилось у мастера. В Санкт-Петербурге «Аида» на Императорской сцене с 1877 года, но нынешняя интернациональная постановка в уникальном по акустике и возможностям сценографии Концертном зале – смелое, но достойное прочтение классической оперы. Она определённо заслуживает доверия и вечернего визита в театр.

«Аида», опера Джузеппе Верди

Главные партии: Екатерина Шиманович (сопрано) – Аида, Ахмед Агади (тенор) – Радамес
Дебюты в опере: Надежда Сердюк (Амнерис) и Александр Морозов (Рамфис)
Авторы концепции – Даниэле Финци Паска и Джулия Хэмлин
Дирижер и главный хормейстер – Андрей Петренко.

Концертный зал Мариинского театра
18 января 2012 года.

Одна из самых исполняемых опер мира – музыкальная трагедия Джакомо Пуччини – 17 января 2012 года на сцене Екатеринбургского государственного академического театра оперы и балета.

«Тоска» – шедевр итальянского веризма по одноименной драме 1887 года короля французских драматургов Викторьена Сарду. Премьера спектакля состоялась в Риме в 1900 году, однако была воспринята неоднозначно – без особого восторга. Спустя некоторое время творение композитора обрело славу удивительно красивой истории, полной отчаянных поступков и безумной любви.

С огромным успехом шла пьеса «Тоска» в исполнении Сары Бернар, когда ее увидел в миланском театре сам композитор. Пуччини был потрясен талантом актрисы и силой переживаемых ею эмоций. После переговоров с издателем он первым приступает к работе, опередив своих знаменитых современников, Верди и Франкетти, в воплощении того же замысла.

Образ главной героини претерпел значительные изменения: из дивы, считавшей грехом свою любовь к художнику-вольнодумцу, Флория Тоска превратилась в известную артистку и патриотку Италии. Согласно либретто, действие оперы сжато до практически одного дня. События, перевернувшие жизнь трех свободных друг от друга людей, заканчиваются смертельно пронзительным итогом для каждого. Неожиданная развязка в последней сцене – один из самых трагических финалов за всю историю музыкального театра.

Несовершенство сюжета, страдавшего отсутствием логических мотивировок поступков героев, неоднократно вменялось в вину Пуччини. Некоторые язвительные критики до сих пор отмечают недостаточную оригинальность мелодических идей, восходящих к предыдущим операм композитора, и звуковой сценический садизм (в особенности имеется в виду сцена пыток). Но и негативные черты выявляют несравненное мастерство автора, способного произвести глубочайшее впечатление своими нетрадиционными режиссерскими решениями, оставить след в сознании и душе искушенного зрителя. Пуччини постарался ввести действие в звуковую, световую, цветовую и нравственную атмосферу Рима начала XIX века. В этом и есть прелесть настоящего веризма…

Персонажи оперы словно хотят утвердиться любой ценой, сокрушая и попирая все, что им препятствует. В то время как в романтическом искусстве герой был абсолютным властелином внешнего мира, здесь именно последний давит на героя, требуя уважения к себе. Это равносильно удушью.

На пороге нового века «Тоска» не могла лучше знаменовать новый исторический и эстетический рубеж. Жестокость и похотливость Скарпиа, чудовищно порочного и при этом искреннего, светского человека и служителя власти; нежность Тоски, единственной женщины в опере, капризной и ревнивой, но, прежде всего, любящей, отважной; поэтичное простодушие, с каким художник Каварадосси привязан к жизни и ее радостям; очень искусное обрамление действия, которым поочередно служат церковь в праздничном убранстве, зал во дворце с соседней комнатой пыток, тюрьма и внутри ее карцер для приговоренных к смерти; сочетание сладострастия и пыток, жажды жизни и угнетения – все возвышается как некий надгробный монумент. Перед лицом смерти красота и любовь торжествуют победу, добытую муками.

Музыка Пуччини придала плоть и кровь мелодраматическим фигурам Сарду, она ярко экспрессивна, порой экстатически возбужденна. В развернутых сценах свободно чередуются речитативные и ариозные формы, объединяемые детально разработанной оркестровой линией. В «Тоске» каждая из трех основных партий требует вокального и сценического мастерства, но при этом чрезвычайно благодарна для исполнителя.

17 января 2012 года на сцене Театра оперы и балета Екатеринбурга – Екатерина Нейжмак (Флория Тоска), Ильгам Валиев (Марио Каварадосси) и Юрий Девин (Барон Скарпья) в опере Джакомо Пуччини «Тоска». Дирижер – Павел Клиничев.