Патриарх династии Юровских исполнил Шестую симфонию Малера

Династия Юровских — четыре поколения действующих дирижёров, композиторов и музыкальных педагогов, – явление уникальное не только для отечественной, но и мировой музыкальной культуры.

Сегодня служение несут дирижёры Михаил, два его сына – Владимир и Дмитрий, дочь Мария – музыкальный педагог.

mikhail-yurovsky

Михаил Юровский, Концертный зал им. Чайковского 25.02.2013 / Фото: Роман Гончаров.

Сыновья радуют московских меломанов своими нестандартными программами. Старший Владимир недавно блестяще выступил с интереснейшими концертами, включавшими Второй фортепианный концерт Брамса, Симфонию № 25 Моцарта, «Метаморфозы» Рихарда Штрауса и практически незнакомую в России «Лирическую симфонию» Цемлинского. Дмитрий со своей «Русской филармонией» великолепно исполнил «Carmina Burana» Орфа.

Не отстал от них и отец: 25 февраля 2013 г. в Концертном зале им. П. И. Чайковского Михаил Юровский с Государственным академическим симфоническим оркестром России им. Е. Ф. Светланова, возглавляемым его сыном Владимиром, исполнили редко звучащую Шестую («Трагическую») симфонию ля минор Густава Малера.

В первом отделении японская скрипачка Саяка Сёдзи в сопровождении Госоркестра исполнила сверхпопулярный Концерт для скрипки с оркестром ми минор, ор. 64 Мендельсона. Как давно укоренилось у японских и юго-восточных инструменталистов, технически исполнение было безупречным, музыкально – тривиальным.

В концерте отцу не пришлось краснеть за работу сына: в его распоряжении оказался оркестр мирового уровня, справляющийся с партитурами высшей сложности. К ним, безусловно, относятся симфонии Малера вообще, а уж Шестая уступает в сложности только его же Восьмой – «симфонии 1000 участников».

Написана Шестая для огромного состава: пятерного деревянных духовых инструментов, восьми валторн, шести труб, четырёх тромбонов и тубы, двух партий литавр, низких колоколов, большого и малого барабанов, тарелок, там-тама, колокольчиков, ксилофона, челесты, коровьих колокольцев, треугольника, прутьев, молота и двух арф. Соответственно, увеличен и состав струнных.

Шестая симфония («Трагическая») создавалась в летние месяцы 1903 и 1904 годов на тихой даче в Майерниге, когда Малер освобождался от своих служебных забот в Венской опере. Премьера состоялась 27 мая 1906 года в Эссене под управлением автора.

Если взглянуть на внешнюю биографию, это были, вероятно, самые спокойные и даже счастливые годы жизни композитора. Он женится на Альме Шиндлер, которая дарит ему двух дочерей. Венская опера процветает, сам Малер успешен и как дирижёр, и как оперный режиссёр.

Но, человек с тонкой душевной организацией, с предчувствием гения, при всей своей вере в способности человека противостоять диктату судьбы живо ощущал непостижимые силы, которым почти невозможно противостоять — потому как заключены они внутри самого человека.

Ещё в 1901 году Малер написал в письме: «…подлинные враги человека – не вне, а внутри его». А внешние события обычно только приоткрывают клетку, в которой заперт тигр саморазрушения, и он вырывается наружу. Именно у гениев подчас замки этой клетки ненадёжны. «Никогда ещё Малер не воспринимал жизнь так мрачно, не оставляя себе ни малейшей иллюзии» – пишет Инна Барсова в своём фундаментальном исследовании симфонизма Малера, которое Владимир Юровский считает лучшим в мире.

Малер в «Трагической» симфонии предчувствовал свою судьбу. Он не просто предсказал её, но в своём ожидании трагедии притягивал трагическое, как одиноко стоящее на равнине высокое дерево притягивает молнии. Спустя год после премьеры Малер вынужден был уйти из театра в результате интриг. Умерла одна из дочерей. Но главное – у него обнаружился тяжёлый порок сердца, который вскоре и сведёт его в могилу. Его мнительность и суеверность стали катализатором болезненных процессов в организме.

Премьера Шестой симфонии была принята в основном негативно. Немногочисленные восхищённые отзывы тонули в шквале негативных оценок, вероятно в связи с этим после премьеры Малер внёс в партитуру значительные коррективы — в первую очередь они коснулись последовательности частей симфонии. Сначала в рукописи на втором месте стояло Scherzo, а на третьем – Andante, в такой последовательности она была впервые опубликована в виде карманной партитуры. Но уже на премьере Малер поменял их местами.

Михаил Юровский в рецензируемом концерте избрал последовательность Andante – Scherzo, как в партитуре, выпущенной издательством Peters в 2010 году. Более 80 минут он крепко держал внимание зала. Предчувствие трагедии нарастало уже с первой части, в которой Малер ещё пытается уйти от фатальной трагедии финала. Здесь дирижёр находит свои краски для ещё жизнеутверждающих эпизодов и предтрагических эпизодов.

Очень выразительно пропел оркестр Andante moderato, в котором предгрозовая атмосфера первой части разряжается. Дирижёру в полной мере удалось передать то состояние, которое Барсова описывает так: «Тот, кто взойдёт на эти холодные вершины, сможет забыть там земные горести и свою судьбу, там ждёт его свобода – свобода человека, поднявшегося «до полной примиренности и отрешенности». Но в Шестой симфонии земное начало уже более довлеет, нежели в откровениях эпизодов медленной части Третьей симфонии, являющейся высшей точкой светлого малеровского идеализма.

Если бы человек мог не только на краткое время подниматься на эти вершины, но и жить там, трагедии можно было бы и избежать, но мало кто на это способен. Большинство срывается и оказывается во власти демонического начала, враждебного человеку, которое в симфонии прорывается через третью часть, Scherzo – здесь традиционный для малеровских скерцо лендлер обретает черты марша.

Масштабно прозвучала у Юровского трагедийная кульминация симфонии: её огромная четвёртая часть. В ней вновь возвращается, на ещё более трагическом уровне, противоборство человека с его судьбой.

Четвёртая часть – это как бы симфония внутри симфонии. Она ставит особо трудные задачи перед дирижёром в воплощении формы, её единства с симфонией в целом. Дирижёру это удалось, он создал трагическое музыкальное полотно. Надо отдать должное безупречному вкусу Юровского: он нигде не перешёл границы между трагедией и эмоциональным пережимом. Вообще-то Малер, можно сказать, провоцирует дирижёра на это, особенно в Скерцо, в котором несколько выходит за границы высокой трагедии в мир более земных человеческих страстей. Дирижёр сумел избежать этих искушений.

Госоркестр легко и точно шёл за рукой Михаила Юровского (с совершенно иной мануальной техникой, нежели у его сына). В начале первой части струнные звучали резковато, но быстро справились с этим (обычные, вполне простительные издержки живого исполнения в не самых лучших акустических условиях Зала им. Чайковского).

Московских меломанов теперь ждёт Шестая Малера в интерпретации Юровского-сына — ранее Владимир сказал в интервью, что будет исполнять симфонии Малера в хронологической последовательности их написания. Пятую симфонию он сыграл в прошлом году.


.