«Немецкий реквием» – музыка надежды и утешения в Мариинском
Алексей Головин
12 January 2012 | 197 views
Мало кто обращает внимание, что в культовом произведении Иоганнеса Брамса ни разу не упомянуто имя Христа. Общий смысл его очень личного реквиема совсем иной, нежели католической заупокойной мессы.
В нём отсутствуют тексты молитв, нет картин Страшного Суда, зато много слов утешения, надежды и любви. Немецкий реквием обращен к живым, примиряя их с мыслью о смерти, внушая мужество. Это послание не только немцам, лютеранам, но и ко всем людям. Сам автор говорил: «Признаюсь, что охотно опустил бы слово “немецкий” и просто поставил бы “человеческий”».
Потеря близкого друга – Роберта Шумана, а потом и смерть горячо любимой матери самого композитора натолкнули Брамса на сочинение Реквиема, премьера которого в Бремене в 1868 году стала его первым настоящим триумфом. Слушатели были потрясены, восхищенным отзывам не было предела. В 1869 году лейпцигская «Новая евангелистская церковная газета» писала: «Если мы и ожидали гения… то после этого реквиема Брамс действительно заслужил этот титул».
Широкомасштабное произведение для солистов, хора и оркестра слишком отличается от знаменитых реквиемов современников – Берлиоза и Верди, – во-первых, тем, что написано не на традиционный латинский текст, который сложился еще в Средние века (пример тому великий Реквием Моцарта). Впрочем, существуют и непосредственные предшественники – Немецкая заупокойная месса Генриха Шютца и Немецкий реквием Франца Шуберта.
Брамс самостоятельно подобрал самые проникновенные и лирические тексты из различных книг Библии в немецком переводе Мартина Лютера. В этих главах не содержится церковных догматов, а речь идет о том, что близко каждому человеку вне зависимости от конфессиональной принадлежности – об утешении.
Изумительная по красоте пятая часть с участием солирующего сопрано – самая короткая, она же самая последняя из семи введена композитором в состав Реквиема уже после премьеры. Это песня матери, её светлое упование и тихая боль. Одновременное сочетание двух разных текстов в ласковой мелодии у солистки и в неотвратимом движении столь характерными для Брамса параллельными терциями у хора – завораживающий прием. Такая музыка сильнее всяких слов.
Критики сходятся во мнении, что талант Брамса именно в этом сочинении обнаруживает свои яркие и непостижимые грани. Здесь впервые полно выявляются характерные черты его стиля. Музыка «Немецкого реквиема» удивительно жизнелюбива и не трагична.
Брамс опирается на традиции эпохи барокко, прежде всего Баха и Генделя, во многом отталкиваясь от их сдержанной строгости и глубины, использует мягкую, но плотную аккордовую фактуру, органично сочетая ее с полифоническими приемами. Протестантские хоралы звучат уверенно, но не враждебно, в основном благодаря своим песенным интонациям. Форма Реквиема отличается завидной стройностью и уравновешенностью. Щемящая тоска и горечь утраты проходят через большинство разделов, но не становятся идеей всего замысла.
13 января 2012 года на сцене Концертного зала Мариинского театра непреходящее творение Иоганнеса Брамса «Немецкий реквием» в исполнении признанных певчих звезд Санкт-Петербурга – сопрано Анастасии Калагиной и баритона Владислава Сулимского при участии хора и симфонического оркестра Мариинского театра. За дирижерским пультом – датчанин Николай Цнайдер.