Фенелон, Парин и чеховский дух. «Вишневый сад» на сцене Большого театра

Мировая премьера оперы французского композитора Филиппа Фенелона «Вишневый сад» в концертном исполнении, написанная по заказу Парижской национальной оперы, состоялась на Новой сцене Большого театра России 2 и 3 декабря 2010 года.

Cherry OrchardЛибретто Алексея Парина написано по мотивам пьесы Антона Чехова. Исполнение в Москве  – совместный проект Большого театра России и Парижской национальной оперы в рамках года «Россия – Франция».

В конце декабря «Вишневый сад» была поставлена в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии в рамках фестиваля «Площадь искусств»; в следующем сезоне на сцене Парижской оперы будет поставлена полная сценическая версия оперы. Поскольку либретто написано на русском языке, опера сопровождается титрами на французском.

Хотя формальным заказчиком является Парижская опера, но поскольку это совместный проект, Большой тоже можно включить в число заказчиков. Это весьма редкий случай в его практике: лет пять назад им была заказана и поставлена опера Леонида Десятникова «Дети Розенталя» на либретто скандально известного Владимира Сорокина. А еще в 1995 году, в бытность директором Большого Владимира Васильева, была заказана, но так и не поставлена опера Михаила Ермолаева-Коллонтая «Капитанская дочка». Вот, пожалуй, и весь список заказов Большого театра за послевоенные годы.

Филипп Фенелон, окончивший Парижскую консерваторию по классу Оливье Мессиана, не относится к первому ряду современных композиторов. При этом он весьма плодовит и успешен: в его активе более ста сочинений. Серди них шесть опер: «Мнимый рыцарь» по Сервантесу и Кафке, «Короли» по Кортасару, «Саламбо» по Флоберу, «Фауст» по Ленау, «Юдифь» по Геббелю; два балета, концерты для фортепиано с оркестром, вокальные циклы (Восемнадцать мадригалов на текст Элегий Рильке). Сочинения Фенелона исполняют известные музыканты в программах Венецианской биеннале, Фестиваля новой музыки в Берлине, Осеннего фестиваля в Париже, на сценах Парижской Национальной Оперы, Зальцбургского «Моцартеума», Нью-Йоркского Музея Гуггенхайма, в Токио, Мадриде, Варшаве, Амстердаме, Будапеште, Лиссабоне.

Либретто двухактной оперы в 12 картинах с прологом и эпилогом написано А. Париным на основе третьего действия чеховской пьесы – бала в доме Раневской. Из числа действующих лиц выведены несколько второстепенных персонажей: Епиходов, Петя Трофимов, Симеонов-Пищик; зато введён отсутствующий в пьесе Чехова Гриша – утонувший за пять лет до того сын Раневской. Использованы строки из стихов Якова Полонского «Колокольчик», Ивана Бунина «Песня», русских народных песен, отданных женскому хору, немецких поэтов Эльзы Ласкер-Шюлер «Молитва» и Кристиана Моргенштерна «Черепаха», которые на немецком языке исполняет Шарлотта Ивановна.

Да и еще кое-какие коллизии досочинены Париным, вроде намёка на роман Раневской и молодого лакея Яши (куда сегодня без адюльтера!) По крайней мере, музыка писалась композитором именно на этот текст, что немаловажно. Уж тогда надо было указывать в буклете и программках, что либретто написано «по мотивам пьесы Антона Чехова «Вишнёвый сад» –  было бы честнее. Чехов вишневый сад незаметно покинул…Канва событий осталась, вышивка изменилась – вместо тонкой изысканной глади получили вышивку крестиком, да еще крупным, болгарским.

Парин переместил некоторые акценты и этим изменил, а вернее, кардинально исказил общую атмосферу происходящего. В пьесе Чехова все находятся в ожидании решения судьбы вишневого сада и всей усадьбы,  что создает атмосферу ожидания, неопределенности и  зыбкости будущего почти всех персонажей чеховской пьесы. В опере с пролога Лопахин провозглашает: «Продан вишневый сад! Продан! Я купил». Очень по-современному – чеховским рефлексиям места не остается, мистический стук топора заменен возгласом нувориша. все сразу определено, томление чеховской неопределенности сведено на нет одним росчерком пера сценариста. Парин – дитя меркантильного ХХ века, Лопахин ему ближе неприспособленного к этому веку Гаева (здесь – Лёни). Да и переименование главных персонажей на амикашонские Любу и Леню ближе по духу лакею Яше и низводит их на его уровень. Если для сценариста возможен роман лакея с Раневской, то и это оправдано. Для Чехова такое было бы невозможно –  это всего лишь свидетельство уровня понимания сценаристом Антона Павловича.

Качество музыки Фенелона в «Вишнёвом саде» неровное. В первом действии она являет собой второсортный продукт, если можно так сказать, second hаnd авангарда середины ХХ века с намеками на атональность, даже скорее на диссонантность. Её откровенная скучность в  антракте выгнала примерно четверть зала. Терпение оставшихся была вознаграждена – второе действие по музыке гораздо интереснее. Появись жанровые стилизации вроде польки Дуняши, фокстрота Шарлотты Ивановны, колыбельной Гриши со словами Аполлона Майкова в стиле Петра Чайковского, с которым, кстати, временами перекликается хор девушек, ассоциирующийся с «Евгением Онегиным».

Но самое удивительнее, что в музыкальной ткани второго действия стали слышны интонации, свойственные музыке Родиона Щедрина, особенно его опере «Мёртвые души». Как там Плюшкина, так и здесь Фирса поёт меццо-сопрано. Не знаю – знаком ли Фенелон с  музыкой Р. Щедрина, но их внутренняя перекличка, особенно в хоровых эпизодах, очевидна. Возникают некоторые аллюзии и с музыкой Валерия Гаврилина.

Если поручение меццо-сопрано партий Фирса и Гриши споров не вызывает, то буффонный бас в партии Шарлотты Ивановны, кажется мало оправданным – здесь комикование, как мне кажется, уже переходит грань хорошего вкуса.

Наибольшей удачей премьеры стал подбор исполнителей. Все десять персонажей оперы вокально хороши: особенно женские партии. Главное их достоинство, что они почти все молоды и обладают свежими, добротными голосами, при этом они владеют мастерством. Главная партия отдана – буду называть по старинке – Раневской (Любе). Анастасии Москвиной ‑ белорусской сопрано. Она прекрасно звучит и смотрится на сцене. В ней есть шарм беспечной русской дворянки с парижским оттенком. Москвина уже не новичок на сцене  Большого театра (Розалинда во втором составе «Летучей мыши»). Очень ярко показали себя участницы Молодёжной программы Большого театра сопрано Ульяна Алексюк и меццо-сопрано Александра Кадурина, исполнившие партии детей Раневской Ани и Гриши.

Колоратура Алексюк очень красива и сразу обратила на себя внимание. Удачно, особенно во втором акте, выступила сопрано Анна Крайникова в музыкально интересной партии Вари, приемной дочери Раневской. Хороша была и вокально, и даже сценически, несмотря на концертное исполнение, петербургская меццо-сопрано Ксения Вязникова в партии Фирса – готовый персонаж для сценического воплощения оперы. Стилистически точной оказалась и Евгения Сегенюк с ее глубоким контральто в партии горничной Дуняши – вероятно, сознательно звучащим несколько вульгарно.

Из четырех мужских партий наиболее интересной показалась партия купца Лопахина – уже владельца усадьбы и вишневого сада в исполнении крепкого баритона Дмитрия Варгина. В остальных мужских партиях в целом удачно выступили теноры Марат Гали (Лёня), Алексей Татаринцев (Яша), Юрий Маркелов (гость на балу).

Вокально хорош  был и бас-буффа Петр Мигунов (Шарлотта), об уместности которого в этой партии уже выражал сомнение выше. Главное в премьере «Вишневого сада» Филиппа Фенелона на сцене Большого театра – это отсутствие неудачно исполненных партий. Также хороша в опере работа хормейстера Валерия Борисова и женской группы хора Большого театра с четырьмя солистками.

Музыкальное руководство мировой премьерой осуществил молодой итальянский дирижёр Тито Чеккерини. Он без особого труда и вполне качественно управлялся с двумя оркестрами: одним – в яме, другим на сцене. Дирижер сценического оркестра Леонид Чистяков тоже выполнил свою задачу: образ фальшиво играющего «еврейского» оркестра у него получился.

Ну что ж, подождем! Может, придет время и сценической постановки фенелоновского «Вишневого сада» в Большом. И это может оказаться интереснее, чем ее концертная версия. Если только режиссерские кунштюки не разрушат окончательно то немногое,  что осталось в опере от чеховского духа.

Филипп Фенелон (р. 1952) «Вишнёвый сад»

Опера в 2 действиях с прологом и эпилогом
Либретто Алексея Парина по пьесе Антона Чехова «Вишнёвый сад»
Совместный проект Большого Театра и Парижской национальной оперы

Действующие лица и исполнители:
Люба (Любовь Андреевна Раевская ) – Анастасия Москвина, сопрано;
Лёня (Леонид Андреевич Гаев), её брат – Марат Гали, тенор;
Гриша, сын Любы – Александра Кадурина, меццо-сопрано (артистка Молодёжной оперной программы);
Аня, дочь Любы – Ульяна Алексюк, сопрано (артистка Молодёжной оперной программы);

Варя, приемная дочь Любы – Анна Крайникова, сопрано;
Ермолай Алексеевич Лопахин, купец – Дмитрий Варгин, баритон;
Шарлотта Ивановна, гувернантка – заслуженный артист России Пётр Мигунов, бас;
Дуняша, горничная – Евгения Сегенюк, контральто;
Яша, молодой лакей – Алексей Татаринцев, тенор;
Фирс, лакей – заслуженная артистка России Ксения Вяземская, меццо-сопрано;
Гость на балу Юрий Маркелов, тенор;
Четыре девушки – Софья Крикаленко;
– Анастасия Леонова;
– Татьяна Мамонтова;
– Дарья Шемякова;
Женский хор: девушки, собирающие вишню в саду
Немые роли – гости на балу
Дирижёр – Тито Чеккерини
Главный хормейстер – заслуженный артист России Валерий Борисов
Художник по свету – Сергей Шевченко
Дирижёр сценического оркестра – Леонид Чистяков

Государственный академический Большой театр России
3 декабря 2010 года