Скрипичные сонаты Бетховена в виолончельной версии
Владимир Ойвин
6 May 2010 | 301 views
Спустя три дня после исполнения в один вечер четырех концертов для виолончели с оркестром в Большом зале консерватории, Александр Князев 24 апреля 2010 года дал сольный концерт в Малом зале консерватории – в ансамбле с пианисткой Катей Сканави.
Хотя в анонсах значилось, что будут исполняться сочинения Франца Шуберта, исполнены были три сонаты для скрипки и фортепиано Людвига ван Бетховена в версии для виолончели: №4 ля минор, Ор. 23; №5 фа мажор (Весенняя), Ор. 24; №7 до минор, Ор. 30 №2. Князев настойчиво расширяет виолончельный репертуар за счет сочинений для близких инструментов – скрипки и альта, кларнета и гобоя. Так случилось и в этом концерте – все три сонаты были исполнены по тексту, полностью соответствующему скрипичному, за исключением некоторых мелочей, вроде двойных нот, которые нельзя исполнить на виолончели.
Всегда ли успешны такие новации? Как показывает практика – не всегда. Так, виолончельная партия в сонате №4 в первой (Presto) и третьей (Allegro molto) частях не воспринималась адекватно оригинальной скрипичной. Инструмент работы К. Бергонци, на котором играл Князев, обладающий красивым звуком, здесь звучал довольно резко, особенно на форте. Заметно лучше – в медленных местах второй части – Andante scherzoso, pui Allegretto.
Наблюдается некоторая закономерность – А. Князеву лучше удаются медленные части сочинений, которые он исполняет с особой тихой красотой и медитативностью, подчеркивая и даже усугубляя медленность темпов и глубину пианиссимо. Здесь достоинства инструмента Бергонци раскрываются в полную силу.
Немного лучше – более адекватно скрипичному звуку в целом, прозвучал «Весенняя» соната. И очень красиво – вторая часть, Adagio molto espressivo. Самым же удачным стало исполнение сонаты №7: в ней почти не ощущалось недостатков звучания виолончели, услышанных в двух предыдущих сонатах, хотя чисто технически именно Седьмая соната из этих трех – самая сложная. Совсем замечательно была исполнена вторая часть этой сонаты – Andante cantabile. У виолончели были восхитительные пианиссимо!
Особо следует отметить исполнение фортепианных партий в этих сонатах Катей Сканави. Вообще-то в оригиналах нот эти сочинения именуются Сонатами для фортепиано и скрипки, чем подчеркивается ведущая роль фортепианной партии. И действительно, эти партии во всех девяти скрипичных сонатах и сложнее, и интереснее скрипичных. Бетховен точнее чувствовал фортепиано, которым лучше владел. Катя Сканави исполнила свои партии безупречно – все пассажи и мелизмы были безукоризны. Педаль экономной и ненавязчивой. Уместно были расставлены динамические акценты, да и все динамические оттенки были точны – не было слышно ни одного грубого или плоского форте. Более того, на пианиссимо виолончели Катя Сканави ни разу не позволила себе заглушить её, а это при сегодняшних князевских пианиссимо куда как непросто! Таким образом, исполнение фортепианной партии стало равновеликим партии виолончельной. Здесь получился именно великолепный ансамбль, а не аккомпанемент.
Как обычно, Александр Князев блеснул бисами. Их было два: Сицилиана из IV Сонаты до минор для скрипки и клавира И.С. Баха (BWV 1017) и его собственная транскрипция для виолончели и фортепиано песни Иоганнеса Брамса «Умирающа девушка». И здесь в лучшем свете показала себя Катя Сканави – уже как концертмейстер.