Борис Андрианов о Втором виолончельном фестивале: «Все концерты – это события»

Бывает так, что судьба настойчиво сводит с человеком, раз за разом. Виолончелист Борис Андрианов последовательно участвовал в нескольких мероприятиях, которые освещало наше издание, и последнее из них – Третий Зимний Фестиваль Юрия Башмета в Сочи. Там мы побеседовали коротко, на ходу, – тогда он поделился планами относительно своего детища, Второго виолончельного фестиваля, который пройдёт в Москве в марте. Договорились встретиться уже в Москве и побеседовать подробно. Встретились, побеседовали. Получилось интервью, которое мы предлагаем нашим читателям.

Евгений Бойко: В основе всего, как известно, лежит идея. Как она появилась у вас?

Борис АндриановБорис Андрианов: В бытность своего обучения в Германии, где музыкальная жизнь гораздо богаче чем у нас, я несколько раз был гостем на фестивале Кронбергской академии. Это местечко под Франкфуртом, которое даже Ростропович называл виолончельной столицей мира. Это маленький городок, куда съезжаются со всей Германии и чуть ли не всей Европы, чтобы послушать виолончельный фестиваль, фестивали камерной музыки. Конечно же, акцент делается на виолончель, потому что основатель, Раймонд Рейнхард виолончелист, и его идеей было создать вот такую виолончельную империю.

Помимо фестивалей и двух виолончельных конкурсов там проводится много других мероприятий. Посмотрев на всё это, я подумал, что это несправедливо – у нас в Москве вообще нет никакого фестиваля, посвящённого виолончельному искусству.

Евгений Бойко: Первый виолончельный фестиваль вы основали в 2008 году. Воспоминания о нём свежи, давайте расскажем читателям как он проходил.

Борис Андрианов: Первый фестиваль мы организовали совместно с Московской филармонией. Поскольку это было вскоре после смерти Мстислава Ростроповича, мы посвятили фестиваль его памяти. Всё в этом мире делается по личным контактам, поэтому выступали на прошлом фестивале, как и на этом, все те, кого я знаю лично. Конечно же, это люди, выступления которых стоят очень дорого, но для меня они соглашаются выступить на приемлемых условиях, поскольку в условиях финансового кризиса сложно всё реализовать. Это всё мои знакомые, друзья.

На первом фестивале был ряд премьер. Были 12 виолончелистов Берлинской филармонии – они с 1972 года колесят по всему миру, но почему-то до этого никак не заезжали в Москву. Был итальянский виолончелист и композитор Джованни Соллима. Было «Concerto Grosso» для трёх виолончелей Кшиштофа Пендерецкого. Звучала «Гамлет-Баллада» для ансамбля 1000 виолончелей Щедрина, которую он написал для Международного виолончельного конгресса. На сцене Большого зала столько мы не смогли разместить, поэтому сколько смогли, столько разместили. Вот такой был фестиваль.

Евгений Бойко: Сложно было продолжить?

Борис Андрианов: Было сложно продолжить, потому что, повторюсь, сейчас сложная ситуация вообще, никому ничего не нужно. Но, тем не менее, мы нашли поддержку в лице… Можно называть спонсоров?

Евгений Бойко: Конечно.

Борис Андрианов: В лице Фонда U-Art, и благодаря этому проводим Второй виолончельный фестиваль. Если бы у нас была возможность сделать 20 концертов, а не 4, как есть, мы, конечно же, сделали бы и обычные, традиционные концерты – виолончель с оркестром, сонатные вечера, мастер-классы. Но поскольку мы ограничены четырьмя выступлениями, то решили сделать праздник, нечто необычное. На первом концерте 9 марта будет мировая премьера концертной симфонии Алексея Рыбникова для виолончели и альта. Приятно, что согласился сыграть Юрий Башмет. Это дебют для самого Рыбникова в инструментальном жанре.

Евгений Бойко: Замечательно, что он вернулся к академической музыке.

Борис Андрианов: Да, он недавно написал симфонию, два «Concerto grosso», но тут совсем другое – инструментальный концерт.

Евгений Бойко: Это ведь тоже недавнее произведение?

Борис Андрианов: Это он написал специально для фестиваля. По моей просьбе. Это безумно красивое произведение, пока я слушал его только в электронном виде, но завтра уже будет первая репетиция.

На этом же концерте 9 марта будет Наталья Гутман и оркестр «Солисты Москвы» – «Вариации на тему рококо» Чайковского.

12 числа будет баховский марафон в Театре-школе драматического искусства на Сретенке. Программа «Давид Герингас и друзья». Достаточно длинный концерт, но самый интересный – из всей фестивальной программы он самый академический. Будут звучать прелюдии из шести виолончельных сюит. Потом прозвучит произведение литовского композитора Миндаугаса Урбайтиса, которое называется «Бах-вариации». Он не написал ни одной своей ноты – у него темы баховских сюит переплетаются в сложнейшем сочинении для шести виолончелей. Это тоже российская премьера.

Затем будет гамбовая соната Баха соль-минор в джазовом переложении Валерия Гроховского, его будет играть Давид Герингас и трио Валерия Гроховского. И завершить вечер будут две «Бразильские бахианы» бразильского композитора Вилла-Лобоса – одно для восьми виолончелей, и второе восьми виолончелей и сопрано, которое будет петь Юлия Кропачёва.

Помимо Давида Герингаса, в этом концерте будут принимать участие все ставшие известными молодые виолончелисты – это ваш покорный слуга, Денис Шаповалов – победитель конкурса имени П.И. Чайковского, Александр Бузлов, Сергей Суворов, Евгений Румянцев, Татьяна Васильева – победительница конкурса Ростроповича. То есть это будет такая молодёжная Dream Team. Из Германии приедет замечательный виолончелист Петер Майнц.

Скажу ещё, что 15 числа будет играть Миша Майский с программой, которую очень давно все ждали. Дело в том, что последние два диска, которые он записал на Deutsche Grammophon – это русские романсы и пьесы Рахманинова. Они теперь очень известные, и эти два диска он будет играть на концерте в Москве вместе со своей дочкой. О 17-го будет концерт в поддержку UNICEF – трио Чайковского будут играть Юлиан Рахлин, Рэм Урасин и Миша Майский. Будет Гладков, «Бременские музыканты» в моём переложении, и напоследок такой перформанс – «Карнавал животных» Сен-Санса, где к Майском и Рахлину присоединятся московские музыканты, и я в том числе. Сэр Роджер Мур – не нужно пояснять, кто это, будет читать текст, а художница Дарья Кузнецова будет рисовать животных песком, и всё это будет показываться на экран. Вот такая программа.

Евгений Бойко: У вас идея сделать своеобразный инструментальный фейерверк? Фестивалей в Москве сейчас огромное количество. Если кто-то будет составлять историю культурной жизни, наверняка поразится обилию событий нынешнего времени. Даже небольшие малоизвестные коллективы устраивают фестивали своего имени – недельные, в хороших залах, с приглашением звёзд. Если бы не было этих фестивалей, об этих коллективах не вспомнили бы, или не знали вовсе. Говорю об этом без сарказма – это здорово…

Борис Андрианов: Да, но я считаю что у нас наоборот, недостаток событий, – но событий хороших, вот в чём дело. Потому что, несмотря на то, что очень много всего происходит, хороших музыкантов, которые ездят по миру, в Москву заезжают немного. У нас все знают фамилии Башмет, Спиваков, Гергиев – и на этом всё заканчивается. Вы знаете, что в Берлинской филармонии не может музыкант два раза выступить в течение сезона – с оркестром либо сольной программой. А у нас некоторые музыканты по два раза в неделю играют. Вот это говорит о многом.

Евгений Бойко: Вот о том и речь, поскольку половина фестивалей у нас – это серия обычных концертов. Ну, разве что с приглашением тех, кто поизвестнее того, кто проводит. Собственно, это и всё. Любой же серьёзный фестиваль рано или поздно сталкивается с тем, какую идею он несёт, иначе происходит девальвация самого понятия «фестиваль». Многие западные фестивали подобного рода, даже очень крупные и известные, сталкивались с таким кризисом интереса – публика становится всё более искушённая. Для них такая ситуация оборачивается катастрофой, потому что потеря интереса публики – это и потеря интереса спонсоров, без которых ничего серьёзного провести невозможно.

Борис Андрианов: Да.

Евгений Бойко: У вас пока всё держится на идее фестиваля одного инструмента, и фейерверк событий вокруг него. Что в дальнейшем?

Борис Андрианов: В дальнейшем у меня на парочку фестивалей ещё есть идеи. Мне кажется, у нас ещё столько всего не охвачено, столько всего интересного. На предстоящем виолончельном фестивале, как вы видите, нет обычных концертов, все они с какой-то идеей. Я пытался сделать что-то необычное для всех выступлений. Все концерты – это события, как мне кажется. Хотя ведь если со стороны посмотреть, такие имена как Башмет, Гутман, Герингас, Майский, Рахлин, Роджер Мур – это всё звёзды первой величины, которые привлекают огромное количество слушателей во всём мире.

Евгений Бойко: При этом неплохо, что вы ещё и молодые имена приглашаете.

Борис Андрианов: Конечно, конечно. Есть масса идей на будущее. И уже мы кое-что сделали – например, я не знаю в мировой музыкальной литературе ни одного концерта для альта и виолончели с симфоническим оркестром, а теперь, благодаря фестивалю, он есть. Так что мы открыли дорогу, сделали хорошее дело – пополнили репертуар. Я хочу, чтобы на каждом фестивале звучало специально написанное произведение.

Евгений Бойко: Как проходила подготовка к фестивалю? Накладки наверняка были?

Борис Андрианов: Все переругались. Нет человека из со-организаторов этого проекта, с которым бы мы не поругались. Всё на жутких нервах, со страшными проблемами… Но я считаю, что только в муках рождается что-то настоящее.

Евгений Бойко: Настоящее, как правило – да.

Борис Андрианов: Как дети рождаются в муках, так и наше дитя рождается в муках, чтобы, как надеюсь, прожить счастливую жизнь. Что ему предстоит прекрасная и долгая дорога. Если бы всё было ровно и спокойно…

Евгений Бойко: Было бы скучно.

Борис Андрианов: Было бы скучно, да…

Евгений Бойко: Очевидно, что этому фестивалю скучная жизнь не грозит. Событие и в самом деле далеко не заурядное – обязательно побываем на всех концертах, ничего пропускать не хочется. Успехов Вам!


.