Русский композитор ответил Чарльзу Айвзу
Евгений Бойко
3 March 2010 | 1,274 views
Когда американский композитор Чарльз Айвз в 1906 году сочинил свои «Вопросы без ответа» (The Unanswered Question), он и предположить не мог, что русский композитор, родившийся в Санкт-Петербурге в в 1953 году, ответит на них более чем столетие спустя.
Это новое произведение композитора Виктора Кисина, называемое «Post Scriptum», получило свою мировую премьеру с Симфоническим оркестром Сан-Франциско (San Francisco Symphony), и дирижёром Майклом Тилсоном Томасом (Michael Tilson Thomas), будучи исполненным в течение нескольких вечеров в Davies Symphony Hall, Сан-Франциско.
Кисин, который живёт в Бельгии, где является профессором музыки двух консерваторий, впервые познакомился с «Вопросами» Ивза, когда был студентом Ленинградской консерватории. Произведение стало для него откровением. Изучая своё открытие, он отметил, что Ивз использовал сквозное развитие, неоднократно интонируя так называемый «Постоянный Вопрос Существования» (Perennial Question of Existence). Музыкальное движение продолжается, поскольку фразы инструментов «комментируют» вопрос, но не могут «ответить» на него. В «Post-Scriptum» Кисин использует звукоряд из пяти звуков, каждый из которых разрешается в интервал, который задан «вопросом».
Задумываясь над тем, как рядовой слушатель воспримет его музыку вообще, и «Post-Scriptum» в частности, сочтя «красивой», «приятной», «интересной» или «шокирующей» после первого слушания, Кисин ответил: «Если слушатель сочтёт мою музыку красивой, я бы обрадовался. Я ничего не имею против того, чтобы её называли «приятной» или «интересной». Но если назовут «шокирующей», я буду разочарован, потому что это в мои намерения вовсе не входило.
Кисин написал огромное количество музыки к фильмам, поставленным ещё в Советском Союзе, а также камерной и оркестровой музыки. Однако его подход значительно отличается от напористой, часто режущей ухо музыки первой половины 20 века. Он поясняет, что его музыкальный язык расширился, включая элементы атональности, минимализма, «микроинтервалы» в классическую западную тональную манеру письма. Развивая свой собственный стиль, он пишет, что, помимо основных параметров музыки – продолжительности, динамики, тембра, важнейшим для него является ещё один – тишина, которую он использует для большого эффекта в композиции. «Тишина, – говорит он, – это не остановка музыки. Это часть музыки. Это оборотная сторона музыки. Звук без тишины не существует».
Кисин не представляет себе никакого другого занятия, кроме творчества. «Я начал заниматься музыкой, когда мне было 5 лет. Это был мой первый язык – ноты я научился читать раньше, чем книги. Первое, что я прочитал с листа сам, была знаменитая «Лунная соната» Бетховена». Поскольку его семья жила рядом с Ленинградской филармонией, музыкальные пристрастия композитора стали развиваться с самого раннего возраста. «Я особенно запомнил концерт Святослава Рихтера, который произвёл большое впечатление» – говорит Кисин.
Виктор Кисин – отец двоих детей и дед 4-летнего внука, является гражданином Бельгии и живёт со своей женой Корт-Сент-Этьене, пригороде Брюсселя. Кисин – один тех творческих личностей, которые в России вспоминаются совсем не так часто, как, вероятно, стоило бы. Мы же этой публикацией продолжаем серию материалов о наших зарубежных соотечествениках, среди которых же упоминали композиторов Елену и Алису Фирсовых, скрипачку Алину Ибрагимову, пианиста Алексея Султанова, композитора Александра Раскатова и многих других. И далее будем рассказывать о тех, чья судьба складывалась разными путями, но вне России.